30/10/2026 09:12 Литература Истории
Документальные следы этого покровского рода в слободе я обнаружил лишь в начале 1900-х годов. Цымбалы не были ровесниками слободы, и когда поселились в ней, мне неизвестно. Однако в начале XX века и в предреволюционные годы шесть братьев-домовладельцев: Иван, Степан-старший, Степан-младший, Александр, Павел и Михаил Антоновичи –прочно стояли на ногах, будучи землевладельцами-хлебопашцами-хлеботорговцами (в отличие от прасолов-крестьян, скупавших хлеб на корню для дальнейшей перепродажи, а не выращивавших его).
Проживали братья с семьями в «городке», а именно:
– Иван Антонович и Степан Антонович-младший – на Аткарской (Льва Кассиля) улице, у каждого было своё домовладение. У Ивана Антоновича – под номером 40, у Степана Антоновича-младшего – под номером 9;
– Степан Антонович-старший – на Церковной (Луначарского) улице в доме под номером 11;
– Александр Антонович – на Кобзарёвой улице в доме под номером 20;
– домовладение Павла Антоновича находилось на Церковной улице в доме под номером 1;
– Михаил Антонович проживал на Камышинской (Тельмана) улице.
Братья Цымбалы прирастили свои земельные угодья во время землеустроительных работ при переходе крестьянских хозяйств на отруба. Они, как и семейства Ухиных, Енц, как И. И. Пустовойтов, И. Т. Пшеничный и другие, занялись тогда скупкой земли и преуспели в этом.
Также известно, что Степану Антоновичу-младшему не чужда была и деятельность в сфере финансов.
Так, в 1912 году он – товарищ (заместитель) управляющего Покровским сельским общественным банком, а в 1916 году – руководитель этого кредитного учреждения...
Так уж случилось, что с семейством Ивана Антоновича более ста лет назад (точнее, в 1911 году) породнилась (хотя и неудачно) семья моего двоюродного деда.
Тогда, как я уже отмечал, семья Ивана Антоновича проживала на улице Аткарской в каменном двухэтажном особняке ориентировочно 1902 года постройки и состояла в приходе Троицкой церкви.
Обращусь к исповедной ведомости этой церкви за 1916 год. Тогда ему было 64 года, его жене Марии Ивановне – 61 год. С ними проживали два сына с семьями. Павлу было 36 лет, его второй жене, Анастасии Ивановне – 24 года.
В семье росли четверо детей от первого брака и одна дочь от второго. Другому сыну, Василию было 27 лет, жене его Ирине Прокопьевне – 21 год, их дочери не исполнилось и года.
Традиционными для слободы, повторюсь, занятиями большой семьи были земледелие и торговля. В собственности Ивана Антоновича находилось 200 десятин (218 га) земли, а для складирования хлеба имелся на Амбарной площади деревянный амбар.
Вернусь в 1911 год. 30 января в Троицкой церкви венчались Анастасия Ивановна Гредченко (1891-1972 гг.), дочь Ивана Васильевича (ок. 1867-1913 гг.) и Агриппины Варфоломеевны (1865-1956 гг.), урождённой Куховаренко, и сын Ивана Антоновича Павел Иванович Цымбал (ок. 1880-1920 гг.), вторым браком. Поручителями со стороны жениха были его дядя Степан Антонович Цымбал и Василий Иванович Похазников, представитель большого разветвлённого рода.
А со стороны невесты сразу два дяди: братья Гредченко, Фёдор Васильевич и Александр Васильевич (мой дед).
По иронии судьбы внучка этой семейной пары Лиана Яковлевна Гредченко до недавнего времени проживала в одной из пятиэтажек рядом с музеем Л. Кассиля (бывш. особняком И. А. Цымбала, где в 1912 году родилась её мать Елена). Не дожив нескольких месяцев до 90-летия, она ушла в мир иной в августе 2024 года...
Когда-то Лиана Яковлевна поведала очень кратко историю своей семьи. Её дед Павел Иванович в Первую мировую был призван в армию, там заболел туберкулёзом, был комиссован и в сентябре 1920 года умер. Он был женат вторым браком, первая жена (тоже Анастасия Ивановна, урождённая Салиенко) умерла в 1909 году. От второго брака в 1912 году родилась дочь Елена (1912-1950 гг.), мать Лианы Яковлевны.
В семье воспитывались и старшие дети от первого брака. После смерти мужа Анастасия Ивановна с дочерью были вытеснены из семьи Цымбалов и перебрались в один из флигелей родственников на Линейной (Пушкина) улице. Печальная история...
Давно хотелось осветить эту тему. Известно, что в городе в 1918-1919 годах было национализировано порядка 220 домовладений, в основном в центральной части города, в том числе и у Цымбалов. Как правило, собственники не изгонялись, им на птичьих правах отводился «угол» в особняке или флигель (часть его), находящийся на усадьбе.
Однако вскоре власти после ревизии этих домовладений поняли, что не в силах их содержать и ремонтировать, объекты разрушались и горели (проведу аналогию сегодняшними объектами культурного наследия). И тогда в 1922 году наиболее ветхие из них или нуждающиеся в ремонте стали возвращать прежним владельцам (процесс демуниципализации).
А чтобы узаконить права прежних владельцев, ютившихся в разного рода «углах», им выделялась (как бы узаконивалась) определённая жилая площадь в их прежних домовладениях, исходя из состава семьи.
К примеру, Александру Антоновичу Цымбалу на улице Кобзарёвой, 20 отходило его бывшее домовладение. А Ивану Антоновичу на Аткарской улице, 40 – 34 кв. саж. (154 кв. м) и во флигеле – 12 кв. саж. (54 кв. м). Видимо, из всех братьев Александр Антонович был самым состоятельным.
Иначе как понимать, что, когда летом 1919 года был составлен «Именной список миллионной контрибуции» (то есть отъёма денег), то в нём значился из Цымбалов только он, с суммой контрибуции 15 тысяч рублей.
Самая же большая сумма контрибуции устанавливалась для Ивана Михайловича Енца-старшего – 100 тысяч рублей...
И последняя информация об Александре Антоновиче. Несомненно, он с семьёй скрылся из города, не дожидаясь репрессий. Утверждать так позволяет... запись о рождении у него и его жены Марии Егоровны дочери Клавдии 6 января 1919 года. Точнее, отметка на полях документа: «копия выслана в Коканд, 03.08.1936 г.». Тогда туда, в Узбекскую ССР, и скрылась семья. Подобное мне известно не понаслышке...
Когда в конце 1919 года началась регистрация «буржуев» города Покровска, то таковыми из братьев новая власть посчитала Цымбалов Александра Антоновича и Ивана Антоновича. Регистрации в качестве «буржуя» подлежал и Павел Антонович.
Некая информация о нём: на момент регистрации ему было 60 лет. Домовладение его, как уже было отмечено, находилось на улице Церковной (Луначарского), 1.
До революции он имел 150-170 десятин земли, которые засевал, 20 лошадей и десять верблюдов. Но уже в 1919 году у него осталось 35 десятин земли, он продолжал заниматься хлебопашеством. В хозяйстве находилось (пока) шесть лошадей, четыре верблюда и шесть коров...
Подошёл 1929 год. Семьи крепких хозяев-крестьян лишались избирательных прав, подвергались раскулачиванию и высылке. Со слов Лианы Яковлевны, семья Цымбалов подверглась репрессивным мерам и была выселена из города. Документально подтверждается, что были репрессированы семьи сыновей Ивана Антоновича: Василия и Михаила Ивановичей. Его самого, которому к этому времени исполнилось бы 77 лет, а также его жены (74 года), видимо, уже не было в живых.
Однако скорбный список раскулаченных пестрит фамилиями его родственников. Под безжалостный каток, который чуть позднее властями будет признан перегибом, попали: Степан Антонович-старший, Степан Антонович-младший, Павел Антонович – братья Ивана Антоновича, а также его племянники – Иван Александрович и Василий Иванович Цымбалы.
Все они были заклеймены, как и несколько сотен крестьян из «Списка граждан покровского земельного общества, подвергнутых раскулачиванию» как «лишенцы, кулаки, противники сов. мероприятий, срывавшие коллективизацию...».
Все их дома, не национализированные в 1918-1919 годах, были изъяты, а вместе с ними – домашняя утварь, скот, сельхозорудия, то есть всё движимое и недвижимое имущество. Потерявшим вековой уклад и промысел крестьянам оставалось принять нелёгкое решение: скрыться от властей или покорно ждать высылки...
Только волей случая (точнее, случаев было два) бывший особняк И. А. Цымбала сохранился и с недавнего времени стал одной из визитных карточек города, его достопримечательностью, наряду бывшими особняками братьев Ухиных (сейчас – Картинная галерея), братьев Думлер и Ф. Е. Кобзаря (администрация ЭМР).
Теперь о случаях. Первый. Длительное время в 1903 году должность врача и заведующего общественной больницей была, по сути, вакантна. И эту должность по приглашению волостного правления в январе 1904 года занял Абрам Григорьевич Кассиль.
Этому предшествовала после окончания медфака Казанского университета в 1901 году стажировка в одной из больниц Казани в течение нескольких месяцев, а затем - заведывание земской больницей в селе Троицком Котельнического уезда Вятской губернии с мая 1902 года по декабрь 1903 года.
Второй. Надо сказать, что домовладельцем Абрам Григорьевич не стал, семья проживала на съёмных квартирах. На 1 апреля 1918 года А. Г. Кассиль снимал квартиру на Базарной площади, 16 (здесь семья жила с 1913 года) в особняке братьев Ухиных точнее, у Фёдора Андреевича Ухина, за 1300 рублей в год. Однако с июня 1919 года семья Кассилей надолго поселилась в национализированном особняке Ивана Антоновича Цымбала...
А далее в силу вступил основополагающий фактор проживания здесь несколько лет сына А. Г. Кассиля, ставшего впоследствии известным детским писателем.
Из изложенного видны те весомые предпосылки, которые способствовали сохранению особняка. В рамках очерка нет места подробной истории сохранения особняка и создания в нём музея. Это другая тема. А сегодня (и надеюсь, ещё долгие годы!) Музей Льва Кассиля исправно служит обществу, достойно несёт миссию одного из ведущих культурно-просветительных центров города...
Не будем же забывать и о создателе особняка.
Анатолий Гредченко.
Проживали братья с семьями в «городке», а именно:
– Иван Антонович и Степан Антонович-младший – на Аткарской (Льва Кассиля) улице, у каждого было своё домовладение. У Ивана Антоновича – под номером 40, у Степана Антоновича-младшего – под номером 9;
– Степан Антонович-старший – на Церковной (Луначарского) улице в доме под номером 11;
– Александр Антонович – на Кобзарёвой улице в доме под номером 20;
– домовладение Павла Антоновича находилось на Церковной улице в доме под номером 1;
– Михаил Антонович проживал на Камышинской (Тельмана) улице.
Братья Цымбалы прирастили свои земельные угодья во время землеустроительных работ при переходе крестьянских хозяйств на отруба. Они, как и семейства Ухиных, Енц, как И. И. Пустовойтов, И. Т. Пшеничный и другие, занялись тогда скупкой земли и преуспели в этом.
Также известно, что Степану Антоновичу-младшему не чужда была и деятельность в сфере финансов.
Так, в 1912 году он – товарищ (заместитель) управляющего Покровским сельским общественным банком, а в 1916 году – руководитель этого кредитного учреждения...
Так уж случилось, что с семейством Ивана Антоновича более ста лет назад (точнее, в 1911 году) породнилась (хотя и неудачно) семья моего двоюродного деда.
Тогда, как я уже отмечал, семья Ивана Антоновича проживала на улице Аткарской в каменном двухэтажном особняке ориентировочно 1902 года постройки и состояла в приходе Троицкой церкви.
Обращусь к исповедной ведомости этой церкви за 1916 год. Тогда ему было 64 года, его жене Марии Ивановне – 61 год. С ними проживали два сына с семьями. Павлу было 36 лет, его второй жене, Анастасии Ивановне – 24 года.
В семье росли четверо детей от первого брака и одна дочь от второго. Другому сыну, Василию было 27 лет, жене его Ирине Прокопьевне – 21 год, их дочери не исполнилось и года.
Традиционными для слободы, повторюсь, занятиями большой семьи были земледелие и торговля. В собственности Ивана Антоновича находилось 200 десятин (218 га) земли, а для складирования хлеба имелся на Амбарной площади деревянный амбар.
Вернусь в 1911 год. 30 января в Троицкой церкви венчались Анастасия Ивановна Гредченко (1891-1972 гг.), дочь Ивана Васильевича (ок. 1867-1913 гг.) и Агриппины Варфоломеевны (1865-1956 гг.), урождённой Куховаренко, и сын Ивана Антоновича Павел Иванович Цымбал (ок. 1880-1920 гг.), вторым браком. Поручителями со стороны жениха были его дядя Степан Антонович Цымбал и Василий Иванович Похазников, представитель большого разветвлённого рода.
А со стороны невесты сразу два дяди: братья Гредченко, Фёдор Васильевич и Александр Васильевич (мой дед).
По иронии судьбы внучка этой семейной пары Лиана Яковлевна Гредченко до недавнего времени проживала в одной из пятиэтажек рядом с музеем Л. Кассиля (бывш. особняком И. А. Цымбала, где в 1912 году родилась её мать Елена). Не дожив нескольких месяцев до 90-летия, она ушла в мир иной в августе 2024 года...
Когда-то Лиана Яковлевна поведала очень кратко историю своей семьи. Её дед Павел Иванович в Первую мировую был призван в армию, там заболел туберкулёзом, был комиссован и в сентябре 1920 года умер. Он был женат вторым браком, первая жена (тоже Анастасия Ивановна, урождённая Салиенко) умерла в 1909 году. От второго брака в 1912 году родилась дочь Елена (1912-1950 гг.), мать Лианы Яковлевны.
В семье воспитывались и старшие дети от первого брака. После смерти мужа Анастасия Ивановна с дочерью были вытеснены из семьи Цымбалов и перебрались в один из флигелей родственников на Линейной (Пушкина) улице. Печальная история...
Давно хотелось осветить эту тему. Известно, что в городе в 1918-1919 годах было национализировано порядка 220 домовладений, в основном в центральной части города, в том числе и у Цымбалов. Как правило, собственники не изгонялись, им на птичьих правах отводился «угол» в особняке или флигель (часть его), находящийся на усадьбе.
Однако вскоре власти после ревизии этих домовладений поняли, что не в силах их содержать и ремонтировать, объекты разрушались и горели (проведу аналогию сегодняшними объектами культурного наследия). И тогда в 1922 году наиболее ветхие из них или нуждающиеся в ремонте стали возвращать прежним владельцам (процесс демуниципализации).
А чтобы узаконить права прежних владельцев, ютившихся в разного рода «углах», им выделялась (как бы узаконивалась) определённая жилая площадь в их прежних домовладениях, исходя из состава семьи.
К примеру, Александру Антоновичу Цымбалу на улице Кобзарёвой, 20 отходило его бывшее домовладение. А Ивану Антоновичу на Аткарской улице, 40 – 34 кв. саж. (154 кв. м) и во флигеле – 12 кв. саж. (54 кв. м). Видимо, из всех братьев Александр Антонович был самым состоятельным.
Иначе как понимать, что, когда летом 1919 года был составлен «Именной список миллионной контрибуции» (то есть отъёма денег), то в нём значился из Цымбалов только он, с суммой контрибуции 15 тысяч рублей.
Самая же большая сумма контрибуции устанавливалась для Ивана Михайловича Енца-старшего – 100 тысяч рублей...
И последняя информация об Александре Антоновиче. Несомненно, он с семьёй скрылся из города, не дожидаясь репрессий. Утверждать так позволяет... запись о рождении у него и его жены Марии Егоровны дочери Клавдии 6 января 1919 года. Точнее, отметка на полях документа: «копия выслана в Коканд, 03.08.1936 г.». Тогда туда, в Узбекскую ССР, и скрылась семья. Подобное мне известно не понаслышке...
Когда в конце 1919 года началась регистрация «буржуев» города Покровска, то таковыми из братьев новая власть посчитала Цымбалов Александра Антоновича и Ивана Антоновича. Регистрации в качестве «буржуя» подлежал и Павел Антонович.
Некая информация о нём: на момент регистрации ему было 60 лет. Домовладение его, как уже было отмечено, находилось на улице Церковной (Луначарского), 1.
До революции он имел 150-170 десятин земли, которые засевал, 20 лошадей и десять верблюдов. Но уже в 1919 году у него осталось 35 десятин земли, он продолжал заниматься хлебопашеством. В хозяйстве находилось (пока) шесть лошадей, четыре верблюда и шесть коров...
Подошёл 1929 год. Семьи крепких хозяев-крестьян лишались избирательных прав, подвергались раскулачиванию и высылке. Со слов Лианы Яковлевны, семья Цымбалов подверглась репрессивным мерам и была выселена из города. Документально подтверждается, что были репрессированы семьи сыновей Ивана Антоновича: Василия и Михаила Ивановичей. Его самого, которому к этому времени исполнилось бы 77 лет, а также его жены (74 года), видимо, уже не было в живых.
Однако скорбный список раскулаченных пестрит фамилиями его родственников. Под безжалостный каток, который чуть позднее властями будет признан перегибом, попали: Степан Антонович-старший, Степан Антонович-младший, Павел Антонович – братья Ивана Антоновича, а также его племянники – Иван Александрович и Василий Иванович Цымбалы.
Все они были заклеймены, как и несколько сотен крестьян из «Списка граждан покровского земельного общества, подвергнутых раскулачиванию» как «лишенцы, кулаки, противники сов. мероприятий, срывавшие коллективизацию...».
Все их дома, не национализированные в 1918-1919 годах, были изъяты, а вместе с ними – домашняя утварь, скот, сельхозорудия, то есть всё движимое и недвижимое имущество. Потерявшим вековой уклад и промысел крестьянам оставалось принять нелёгкое решение: скрыться от властей или покорно ждать высылки...
Только волей случая (точнее, случаев было два) бывший особняк И. А. Цымбала сохранился и с недавнего времени стал одной из визитных карточек города, его достопримечательностью, наряду бывшими особняками братьев Ухиных (сейчас – Картинная галерея), братьев Думлер и Ф. Е. Кобзаря (администрация ЭМР).
Теперь о случаях. Первый. Длительное время в 1903 году должность врача и заведующего общественной больницей была, по сути, вакантна. И эту должность по приглашению волостного правления в январе 1904 года занял Абрам Григорьевич Кассиль.
Этому предшествовала после окончания медфака Казанского университета в 1901 году стажировка в одной из больниц Казани в течение нескольких месяцев, а затем - заведывание земской больницей в селе Троицком Котельнического уезда Вятской губернии с мая 1902 года по декабрь 1903 года.
Второй. Надо сказать, что домовладельцем Абрам Григорьевич не стал, семья проживала на съёмных квартирах. На 1 апреля 1918 года А. Г. Кассиль снимал квартиру на Базарной площади, 16 (здесь семья жила с 1913 года) в особняке братьев Ухиных точнее, у Фёдора Андреевича Ухина, за 1300 рублей в год. Однако с июня 1919 года семья Кассилей надолго поселилась в национализированном особняке Ивана Антоновича Цымбала...
А далее в силу вступил основополагающий фактор проживания здесь несколько лет сына А. Г. Кассиля, ставшего впоследствии известным детским писателем.
Из изложенного видны те весомые предпосылки, которые способствовали сохранению особняка. В рамках очерка нет места подробной истории сохранения особняка и создания в нём музея. Это другая тема. А сегодня (и надеюсь, ещё долгие годы!) Музей Льва Кассиля исправно служит обществу, достойно несёт миссию одного из ведущих культурно-просветительных центров города...
Не будем же забывать и о создателе особняка.
Анатолий Гредченко.
Рубрики: Литература Истории
«Волга Фото» Новости Фотографии / Фотографии / Братья Цымбалы и... Музей Льва Кассиля